Стих про вязаный ковер, поиск поздравлений

В чем же можно измерить любовь?
В километрах,в секундах,в часах?
В тихом стуке влюбленных сердец?
Или в плачущих голосах?
Может просто в душевном тепле
И глазах,что промокли от слез
Просто хочется полюбить,
Но слова эти все не всерьез
Вообщем,просто,измерить любовь
Невозможно ни чем и ни как
Только сердце подскажет тебе
Кто в любви тебе друг,а кто враг!

автор неизвестен

Я - женщина, и значит я - актриса.
Во мне сто лиц и тысяча ролей.
Я - женщина, и значит я - царица.
Возлюбленная всех земных царей.
Я - женщина, и значит я - рабыня.
Познавшая соленый вкус обид.
Я - женщина, и значит я -пустыня,
Которая тебя испепелит...
Я - женщина. Сильна я по неволе.
Но, знаешь, даже если жизнь борьба
Я - женщина, я слабая до боли.
Я - женщина, и значит я - судьба.
Я - женщина, я просто вспышка страсти,
Но мой удел - терпение и труд.
Я - женщина, я - то большое счастье,
Которое совсем не берегут.
Я - женщина, и этим я опасна.
Огонь и лед навек во мне одной.
Я - женщина, и значит я прекрасна,
С младенчества до старости седой.
Я - женщина, и в мире все дороги
Ведут ко мне, а не в какой-то Рим!
Я - женщина, я избранная Богом,
Хотя этим и наказанная им...

найдено на просторах интернета

Не будем говорить о пустяках...
Нет, будем! Это чрезвычайно важно!
Пустяк на хилых ножках прискакал
В обличий словесном иль бумажном.
А знаете ли вы, кто я таков?
Спросил противным хитрым голосишком.
И войны начинались с пустяков,
И катастроф я натворил с излишком.
Не верю я ни чувствам, ни словам,
Я миру насолю
И лично вам.
Клялись, что будем в чувствах высоки,
Не выпуская руку из руки,
Но постепенно, медленно и тайно
И в нашу жизнь проникли пустяки,
Тяжелые готовя испытанья.
Не там поставлен препинанья знак,
Вся песня - к черту.
Разберись в причинах!
И великана сокрушит столбняк
От въевшихся в царапину песчинок.
Ползет по быту сволочь мелочей,
Клубится, громоздясь, перерастая
В громадную бессонницу ночей,
В охрипшую от воя волчью стаю.
Мне трудно говорить о пустяках,
Пред ними я испытываю робость.
Остановись! Держи себя в руках!
Еще полшага сделаешь - и пропасть.
Малюсенький,
Сорвавшийся в вершин,
Мохнатым комом обрастает камень.
Великое мы как-нибудь свершим,
Нам справиться бы только с пустяками!

найдено на просторах интернета. автор неизвестен

- Что-то сломалось...
- Да ничего. Просто чуть-чуть устал.
- Треснула жизнь. Экая жалость...
- Вовсе нет -- пьедестал.
- Цели не вижу перед собою.
- Сделай дорогу сам.
- Всю свою жизнь ищу я покоя.
- Разве он нужен нам?
- Все непонятно и непривычно.
- Это всего лишь бред.
- Темень вокруг, и нет даже спички.
- Просто иди на свет.
- Теряю любовь и в друзей я не верю.
- Недолговечна тоска.
- Нет мне пути, захлопнуты двери.
- Ключ у тебя в руках.
- Разве я нужен? Кто меня помнит?
- Кто-то с надеждой ждет.
- Где же тот друг, что желанья исполнит?
- Рядом с тобой идет.
- Что-то случится, что-то случилось.
- Лишь бы хватило сил
- Как же так странно все получилось?
- Видно, ты так просил...

Андрей Тарасов

Однажды Бога попросил мужчина
Создать ему объект его любви.
Бог отозвался, выяснив причины.
И создал женщину из плоти и крови.
Немного света лунного прибавил
И солнечным сияньем осветил.
Во нрав он кротость голубя добавил,
А стройность серны в стане воплотил.
Создатель так увлекся над твореньем,
Что наделил ту женщину слезой.
Вселил в нее он молнии мгновенье
И легкость пуха он смешал с грозой.
Наполнил голос соловьиным пеньем,
Болтливостью сороки наделил.
А в результате страстное творенье
Всевышний для мужчины сотворил.
Бог жизнь вдохнул в прекрасное созданье,
Просящему отдал его заказ.
"Бери и мучайся", - сказал он на прощанье.
"Люби и береги как божий глас".
С тех пор мужчина - пленник и хранитель
Прекрасной смеси, отданной ему.
Он муж, любовник, критик и ценитель.
А все вопросы - к Богу самому...

Даниловцева Людмила

Идём в поводу мимолётных желаний,
Как дети, что ищут забавы,
Последствия нынешних наших желаний
Не пробуем даже представить.
А после рыдаем в жестокой печали:
«Судьба! Что ж ты сделала с нами!..»
Забыв в ослепленье, как ей помогали
Своими, своими руками.
За всякое дело придётся ответить,
Неправду не спрячешь в потёмках:
Сегодняшний грех через десять столетий
Пребольно ударит потомка.
А значит, не траться на гневные речи,
Впустую торгуясь с Богами,
Коль сам посадил себе горе на плечи,
Своими, своими руками.
Не жди от судьбы милосердных подачек
И не удивляйся подвохам,
Не жди, что от жалости кто-то заплачет,
Дерись до последнего вздоха!
И, может, твой внук, от далёкого деда
Сокрыт, отгорожен веками,
Сумеет добиться хоть малой победы
Своими, своими руками.

из книги "Волкодав"

Когда во вселенной царило утро
И боги из праха мир создавали,
Они разделили Силу и Мудрость
И людям не поровну их раздали.
Досталась мужчине грозная Сила,
Железные мышцы и взгляд бесстрашный,
Чтоб тех, кто слабей его, защитил он,
Если придётся, и в рукопашной.
А Мудрость по праву досталась жёнам,
Чтобы вручали предков заветы
Детям, в любви и ласке рождённым, -
Отблеск нетленный вечного Света.
С тех пор, если надо, встаёт мужчина,
Свой дом защищая в жестокой схватке;
Доколе ж мирно горит лучина,
Хозяйские у жены повадки.
И если вдруг голос она повысит,
Отнюдь на неё воитель не ропщет:
Не для него премудрости жизни, -
Битва страшна, но в битве и проще.

из книги "Волкодав"

Утратив в неволе надежду на солнечный свет,
Душа замирает, и сердце смолкает в груди.
И кто-то шепнёт: «Всё равно избавления нет…»
Кто сломленным умер в темнице – ты их не суди.
И тех не суди, кто, не вынеся груза цепей,
Спастись не умея и тщась досадить палачам,
Все счёты покончил в один из безрадостных дней…
Не лучше ли сразу конец – и себе, и цепям?
Не смей укорять их за то, что они не смогли
С таким совладать, что не снилось тебе самому.
На собственной шкуре попробуй сперва кандалы…
А в прочем, не буду такого желать никому.
Я знал и иных – кто оковы едва замечал,
Строку за строкой составляя в рудничной пыли
Трактат о любви и о битве вселенских начал…
Те люди – что солнца: они и во мраке светлы.
Я был не таков. Я был зол и отчаянно горд.
Я знал, для чего меня боги от смерти хранят.
Сперва отомстить за измену, за лютый разор –
Тогда только пращуры примут с почётом меня.
Я смертью за смерть расплатился и кровью за кровь.
За тех, кто до срока ушёл в беспредельную тьму.
За всех, превращённых в клубки из когтей и клыков.
Такого я тоже не стану желать никому.

из книги "Волкодав"

Одинокая птица над полем кружит.
Догоревшее солнце уходит с небес.
Если шкура сера и клыки как ножи,
Не чести меня волком, стремящимся в лес.
Лопоухий щенок любит вкус молока,
А не крови, бегущей из порванных жил.
Если вздыблена шерсть, если страшен оскал,
Расспроси-ка сначала меня, как я жил.
Я в кромешной ночи, как в трясине, тонул,
Забывая, каков над землёй небосвод.
Там я собственной крови с избытком хлебнул –
До чужой лишь потом докатился черёд.
Я сидел на цепи и в капкан попадал,
Но к ярму не хотел и не мог.
И ошейника нет, чтобы я не сломал,
И цепи, чтобы мой задержала рывок.
Не бывает на свете тропы без конца
И следов, что на веки ушли в темноту
И ещё не бывает, чтоб я стервеца
Не настиг на тропе и не взял на лету
Я бояться отвык голубого клинка
И стрелы с тетивы за четыре шага.
Я боюсь одного – умереть до прыжка,
Не услышав, как лопнет хребет у врага.
Вот бы где-нибудь в доме светил огонёк,
Вот бы кто-нибудь ждал меня там, вдалеке…
Я бы спрятал клыки и улёгся у ног.
Я б тихонько притронулся к детской щеке
Я бы верно служил, - и хранил, и берёг,
Просто так, за любовь! – улыбнувшихся мне…
…Но не ждут, и по-прежнему путь одинок,
И охота завыть, вскинув морду к луне.

из книги "Волкодав"

"Как женщину-загадку разгадать?"-
Из века в век мужчины размышляют.
Ответа и поныне не видать,
Амура стрелы нам сердца пронзают.
Что в женщине пленяет нас, мужчин:
Взгляд, поступь, мимолетная улыбка?
Разгадка где-то рядом, шаг один,
Шагаем и, увы, опять ошибка…
Ошибок за столетия не счесть,
Что мы, мужчины, глупо совершаем,
А та загадка, как и прежде, есть,
Ответа на которую не знаем.
А может быть не стоит нам искать:
Ответа нет у женщины-загадки,
Покрепче лучше милую обнять,
Прильнуть к губам, что трепетны и сладки.
Любить загадку- диву всей душой,
Чтоб сердце сладострастно замирало,
Любовью чистой, нежной, неземной.
Жаль, только, жизни для любви бывает мало.

найдено на просторах интернета

Уже готовы сочные креветки
Щекочет ноздри пряный аромат,
Вспотела сёмга под укропной веткой,
Фисташки, растопырившись, лежат.
И жирный лещ вальяжно тает соком,
"Три корочки" готовы прыгнуть в рот,
Блестят маслины чёрным влажным боком,
Хозяюшка к столу давно зовёт.
Картошечка холодная, селёдка -
Кусочками, под маслицем, с лучком,
Вспотевшая с мороза в рюмке водка.
Не знаю только - сразу иль потом?
Придворные склонились в реверансе.
Ну, где ж Король, вольющийся в бокал?
А вот и он - струёю пенной в вальсе
Кружит, вздымаясь, как девятый вал!
Янтарным цветом, белокурой гривой
Он заполняет кружки пустоту,
Слегка шипя и вздыбившись игриво,
Грозит бокала пересечь черту.
Последнее мгновенье пред лавиной.
Склоняюсь я к бокалу... новый вдох...
И нет преград, разрушена плотина!
Я пью тебя, мой благодатный бог!

найдено на просторах интернета

Мы строим свой храм на песке обещаний,
Поверив бездумно словам-миражам,
Глотаем песчинки фальшивых признаний
И режем ладони, скользя по ножам.
Горяч тот песок, только холодом в душу
Ползёт, заполняя людские сердца,
Сначала по краю, всё глубже и глубже,
Пока не заполнит нутро до конца.
Душа каменеет, потом, раскрошившись,
Построенный храм превращает в пески,
А тело, божественной сути лишившись,
Влачит равнодушно судьбу до доски*...

(прим. * до гробовой доски)
Полонина И.